#моясевернаяафрика: Как это — поехать волонтеркой в Африку в 19 лет main image main image #моясевернаяафрика: Как это — поехать волонтеркой в Африку в 19 лет

Сидя на балконе своей афинской квартиры, я бездумно скролила сотни писем спама.

Позади были полгода учебы в Греции, разочарование в юрфаке и сомнительное будущее.

Через месяц – возвращение в Киев и полная растерянность.

Ни место, ни время не казались «правильными», но за секунду я поняла, что это «оно».

Спасательная шлюпка и поворотный момент.

Рассылка молодежной организации AIESEC, которая занимается волонтерскими программами по всему миру, призывала поехать в Тунис в качестве маркетинг-тренера общественной организации.

Обещали предоставить жилье, кормить раз в день, 30 часов работы в неделю и культурную программу.

С меня причитались: энтузиазм, билеты до места назначения и взнос на развитие локального комитета организации в размере 150 евро.

Импульсивно заполнила анкету, вспомнив весь свой студенческий опыт в общественной деятельности и коммуникациях.

На следующий день прошла собеседование онлайн и была одобрена.

Я и волонтерская программа в Северной Африке.

Не верится.

Оставалось обсудить новость с семьей.

Репутация взбалмошной авантюристки смягчила удар, но идея в 19 лет поехать волонтером в арабскую страну в Африке на полтора месяца прозвучала для парня и мамы сомнительно.

До сих пор не знаю, как они согласились, но по итогу дали добро, оплатили и поддерживали на всем пути.

Дома из песчаника и финики на завтрак Тунис стал моей первой страной вне европейского континента.

Шестнадцать часов перелета, остановки в Праге и Риме.

Неприветливые пограничники с ужасным акцентом и горячая волна, которая обдает жаром с головы до ног сразу у трапа.

В аэропорту меня встретил представитель AIESEC и сопроводил до портового города Сфакс в пяти часах езды.

Место, куда не ступала нога туриста: промышленный, консервативный и местами небезопасный город.

Все это я узнала уже по приезде.

Невысокие дома из песчаника, пыль и зной.

Температура в тени +30 и до ужаса острая, дешевая и вкусная еда.

Курят повсюду: в машинах, кафе, квартирах.

Изобилие орехов и благовоний.

Внешний антураж впечатлял меня своим колоритом и абсолютной несхожестью с местами, где я бывала раньше.

День начинался с шумных разговоров на кухне – моих соседок, приехавших на программу из Алжира и отличающихся звонкими голосами и привычкой по утрам заваривать традиционный чай с мятой и специями.

Они всегда оставляли немного для меня в заварнике.

Жизнь с ними была громкой, но очень интересной и вкусной.

Чего стоит один их алжирский кус-кус!.

Каждое утро я завтракала финиками и домашним йогуртом.

Ничего аппетитней, наверное, никогда не пробовала.

Рабочий день начинался около 10:00, поскольку в Тунисе временные рамки очень размыты и люди вопиюще не пунктуальны.

Мне повезло с программой — волонтерство состояло из ежедневных встреч на несколько часов с выпускниками школы и членами организации.

Мы практиковали английский язык, я рассказывала о путешествиях, учебе и Украине.

Они приносили мне лакомства национальной кухни и заваливали вопросами о жизни в Европе.

В обед я встречалась с друзьями в кофейне, где, мне кажется, тунисцы проводят треть жизни, не меньше.

Завела очень много знакомств вне организации и работы.

В нетуристическом городе Сфакс европейка, да еще и украинка – в диковинку.

Я вызывала неподдельный интерес, и многие семьи приглашали к себе на ужин.

Так и проходили мои вечера: в кругу тунисских семейств, со столами, полными угощениями местной кухни, за разговорами о культуре и традициях.

В Тунисе я пристрастилась к кальяну — это основное развлечение молодежи наряду с посиделками в кафе.

В кальяне максимум три вкуса: яблоко, виноград и мята.

И это лучшее, что я пробовала в жизни за $2.

Однажды меня пригласили на свадьбу.

Друзья хотели показать свои традиции, а мне не терпелось попробовать и увидеть все: я участвовала в праздновании на протяжении всех трех дней, пошла в хамам и нанесла метки на ладони «ханна» – примета для скорейшего замужества.

Перепробовала все сладости, какие смогла найти на праздничном столе, а мама невесты научила меня нескольким движениям тунисских танцев, хотя она ни слова не знала на английском.

Это был яркий и веселый праздник без капли алкоголя.

Режим сильной и независимой OFF Тунис считается одной из самых прогрессивных стран арабского мира, но все равно истории о девушках, которые бросают школу, университет и уж тем более работу ради замужества, — это норма.

А моя самостоятельная жизнь вдали от родителей и десятки путешествий в 19 лет часто вызывали полное недоумение.

У меня самой абсолютный диссонанс вызвали «кафе для мужчин» – историческая особенность со времен, когда женщины не проводили досуг в публичных местах и главным заседателями кафе были мужчины.

Времена изменились, а традиции нет.

Первые две недели я по незнанию ходила именно туда: близко к дому, дешевый кофе, одно из тысячи кафе, встречающихся здесь на каждом шагу.

Однажды проходивший мимо местный коллега обнаружил меня там и настоятельно порекомендовал сменить локацию.

Намерения «просто выпить кофе» тут могут быть истолкованы как поиск внимания мужчин.

Для девушек всегда открыты двери так называемых mixte – совместных кафе для женщин и мужчин.

Внутренняя бунтарка подначивала наплевать на несуразные по нашим меркам правила, но пришло осознание, что я лишь гостья в стране с другой культурой.

Не мне менять эти столетние правила, остается проявить уважение.

В особо жаркие дни я носила шорты.

Вполне приличные для Европы они вызывали резонанс в Тунисе: прохожие могли фотографировать, а машины настойчиво сигналили мне вслед.

Здесь так не принято.

Как и не принято парам публично выражать свои чувства на людях.

За поцелуй в общественном месте можно угодить в тюрьму на пару суток, а снять номер в отеле тунисская пара может только по предъявлению свидетельства о браке.

Как-то мы шли с друзьями — местной парой, он обнимал ее за плечи, и проходящий мимо полицейский сделал ему замечание.

К туристам, конечно, отношение лояльнее.

Для девушки в Тунисе существует риск стать объектом повышенного внимания.

Меня волновал вопрос безопасности.

«Тебя здесь никогда не тронут», – уверяли местные, и это оказалось правдой.

Хотя несколько раз, возвращаясь домой поздним вечером, я замечала машины, едущие за мной до самого дома, слышала неприличные возгласы.

Было очень страшно, но все обошлось.

В Тунис я приехала не с целью обустроить личную жизнь, а для того, чтобы поработать и посмотреть на жизнь в другой стране.

Но за шесть недель я получила восемь предложений выйти замуж — были и в шутку, и не очень.

Украинских и других «европейских” женщин одни воспринимают как эталон красоты, другие – как счастливый билет и шанс уехать в Европу.

К женской работе и самореализации отношение снисходительное.

Хочешь – пожалуйста.

Но в какой-то момент ты должна сделать выбор в пользу семьи и детей.

Речь не идет о принуждении, ведь для большинства местных девушек замужество и семейное благополучие — жизненная цель и критерий успеха.

Многие тунисцы и мои коллеги из Алжира не понимали моих размытых представлений о замужестве и фраз «однажды, потом, как сделаю карьеру».

Как и привычку самой решать свои проблемы.

Разрешение трудностей в жизни арабской женщины начинается со звонка мужу, брату, отцу.

Совсем не как у нас: решить, всем дать задания и позвонить маме за советом насчет дальнейшего плана действий.

Мусульманки без паранджи и 4G-покрытие Западные СМИ и общество наводнены стереотипами об Африке, арабских странах и мусульманстве.

Мои друзья и родственники отзывались о Тунисе как о бедной стране, где верблюдов используют вместо машин.

Но подобное восприятие ошибочно.

Тунисцы яро осуждают тех, кто искаженно трактует священные мусульманские постулаты в своих целях, во имя воен.

Не все женщины здесь носят паранджу, в Тунисе их даже меньшинство.

Многие молодые люди считают это архаизмом и пережитком прошлого, как и воздержание от секса до свадьбы.

Покрытие 4G по всему Тунису значительно лучше, чем в Киеве.

Люди гостеприимные и весьма толерантные.

Ни осуждения, ни притеснений на почве религиозных или национальных отличий я не встретила.

Распространено убеждение: свои правила для своих, остальные пусть живут, как им вздумается, но уважают общественный порядок.

Вышеупомянутые девушки из Алжира поразили меня рассказами о своей стране.

Две из них носили паранджу, свято верили в институт брака.

Семья одной алжирки даже разработала легенду, что она поехала на эту программу с братом, чтобы не навлечь осуждение общественности.

Иначе как это: девушка, одна, поехала в другую страну? В то же время моя подруга из другого алжирского города мечтает стать доктором и со своим безукоризненным французским планирует переехать в Париж.

Вместо вывода.

Об уровне достатка в странах Северной Африки зачастую судят не по одежде или машинам.

Отсутствие акцента во французском, хорошее образование и возможность посетить другие страны выдают обеспеченность семьи.

Эта часть населения обладает самыми прогрессивными взглядами: они видели мир, имеют широкий кругозор и их образованность выходит далеко за рамки религиозных познаний.

Общаться с такими людьми легко, и всегда находятся общие точки соприкосновения, несмотря на разные культуры.

Жизнь в такой непохожей на твою стране учит принятию не только различных взглядов, но и себя.

Быстро овладеваешь языками, ведь на английском почти никто не говорит, а на курсы французского я так и не пошла.

Лучше осознаешь свою идентичности и начинаешь как никогда ценить ощущение дома.

Мои впечатления – это абсолютное обобщение, но редкие исключения, которые встречались во время моего тунисского опыта, лишь подтверждали правила.

Если чувствуете, что пора что-то менять, открывать новый мир и себя в нем и наконец побывать в Африке – заполняйте анкету.

Пока не передумали.

Фото и видео