Избиения, издевательства и болезни: СМИ рассказали, как в «Скале» массово гибнут люди

С конца 2025 года по весну 2026 года в 425-м отдельном штурмовом полку «Скала» погибли 26 новобранцев. Смерть наступила не в результате боевых действий, а родственники погибших утверждают, что в полку не оказывают своевременную медицинскую помощь и имеет место насилие. При этом в «Скале» обвинения отвергают, пишет «Бабель» в своем расследовании.

В материалах журналисты собрали информацию о смертях новобранцев из «Скалы». Оказалось, что большинство умерли от пневмонии, сердечно-сосудистых заболеваний и других болезней вскоре после того, как их мобилизовали.

В частности, описывается история 34-летнего Виталия Салтана из Кропивницкого, которого мобилизовали 26 января, а уже 22 февраля он умер от пневмонии. В больницу, как пишут журналисты, его доставили с критически низким уровнем сатурации — 75%, а уже через неделю он скончался в медицинском учреждении.

В «Скале» утверждают, что Виталий имел надлежащее медицинское обеспечение. По словам командира Андрея Сурая, проверка с участием представителей Сухопутных войск не выявила нарушений. Однако представитель Офиса военного омбудсмена Руслан Цыганков заявил, что в ходе проверки были выявлены проблемы с медицинским обеспечением.

Семья Виталия также считает, что ему начали оказывать помощь слишком поздно. По их словам, мужчина жаловался на температуру выше 40 градусов, но лечение в подразделении не давало результата. Сейчас они ждут результатов повторной судебно-медицинской экспертизы.

По словам невесты Виталия, мужчина рассказывал ей об атмосфере на учениях. Она рассказала, что он видел мобилизованных со следами избиения.

Другая история — смерть 50-летнего Дмитрия Коваля из Волыни. Он попал в «Скалу» 6 марта, а умер чуть больше чем через две недели в автомобиле военных. Предварительной причиной назвали неуточненную кардиомиопатию.

По словам жены Дмитрия, она сначала не узнала тело своего мужа в морге. На нем были многочисленные синяки и другие повреждения. После его смерти с семьёй связались несколько мужчин, которые вместе с Дмитрием проходили подготовку в «Скале». Они рассказали, что мужчина почти не ел, много молился и требовал, чтобы его отпустили.

По словам свидетелей, Дмитрия избивали и подвергали принудительным медицинским процедурам.

К издевательствам, как сообщается, причастны медики с позывными «Сатана» и «Бокс», а также начальник полигона «Сич». В правоохранительные органы свидетели не обращались, поскольку находятся в СЗЧ.

В «Скале» также опровергают эти обвинения. Командир заявил, что данных, подтверждающих такие заявления, нет, а оснований доверять людям, ушедшим в СЗЧ, он не видит.

Также журналисты рассказали историю 32-летнего Владимира Цуканова из Николаевской области. Его мобилизовали 15 января, а уже 11 февраля он скончался. Причиной смерти назвали легочно-сердечную недостаточность, но экспертиза зафиксировала травму грудной клетки и переломы ребер.

Как пишут в «Бабеле», мужчина находился в «Скале» с 15 по 20 января. 21 числа его отправили в 1-й отдельный штурмовой полк имени Дмитрия Коцюбайла.

По мнению полицейских, мужчина скончался после жестокого избиения 20 января. По делу подозревают младшего сержанта Анатолия Кучера. Он признал вину в суде, но журналистам сказал, что не избивал Цуканова, а «нейтрализовал» его, когда тот якобы выхватил оружие у охранника.

Следствие считает, что Кучер нанес Цуканову удары в грудную клетку и туловище, в результате чего у того сломались девять ребер. Ушиб перерос в двустороннюю гнойную пневмонию, с которой мужчину госпитализировали уже из 1-го отдельного штурмового полка.

Сначала в «Скале» предполагали, что сержант Кучер может быть военнослужащим другого подразделения. После того как журналисты назвали его фамилию, в полку подтвердили, что он действительно служил в «Скале».

Также описывается случай со смертью 38-летнего Виталия Карата из Ивано-Франковской области. Мужчину мобилизовали 25 февраля, а 14 марта он скончался в больнице. Причиной назвали кровоизлияние в органы, а после смерти у него обнаружили переломы ребер и травму грудной клетки.

В подразделении утверждают, что травмы мужчина получил, когда пытался сбежать. Он якобы упал с сосны. Командир полка говорит, что новобранца после падения сразу доставили в больницу, а на полигоне его никто не избивал.

Командир добавляет, что его полк сотрудничает со следствием, а на полигоне провели следственный эксперимент. Однако журналистам не предоставили видео, которое должно было бы подтвердить версию о падении с сосны—, а лишь фото следственного эксперимента.

Офис военного омбудсмена утверждает, что смертей в полку больше, чем те 26 случаев, которые смогли зафиксировать журналисты. По словам представителя офиса Цыганкова, доля смертей, не связанных с боевыми действиями, в полку пропорционально выше, чем в других частях, но «колоссального разрыва» нет.

Также «Скала» лидирует по количеству жалоб военных. На подразделение приходится 5,1% из более чем 9 тысяч обращений.

В полку признают, что у них случаются эпизоды насилия, но они не носят системный характер. По словам командира, проблема «неуставных методов» существует, но командование с этим борется и «задачи избивать» нет.

По словам пресс-секретаря полка Алексея Братущака, командир подразделения старается не допускать таких инцидентов. Если же они происходят — требует выяснить обстоятельства и наказать виновных. Братущак признает, что отдельные случаи наносят ущерб репутации полка, но, несмотря на критику, военные подразделения выполняют сложные задачи на девяти направлениях.

Мобилизация — необходимость, но превращать её в инструмент наказания нельзя.

История ветерана Ивана Билецкого поднимает вопрос: когда ТЦК действуют как органы призыва, а когда — как карательные структуры?