Вступительная кампания фактически стартовала — нынешние выпускники уже приблизительно определились с будущим и скоро будут подавать заявления в вузы. А как с теми, у кого еще есть время в запасе, — когда им стоит серьезно задуматься над выбором будущей специальности?
Если серьезный разговор о будущей профессии начинается тогда, когда до поступления остался год или несколько месяцев, — вероятнее всего, уже слишком поздно. Ведь профориентация — это не о том, какой факультет выбрать. Это о значительно более сложных вопросах: кем я хочу стать, что мне интересно, в чем я могу быть действительно успешным? И ответ на них не рождается между подготовкой к НМТ и подачей заявлений в университет.
Масштабное международное исследование The State of Global Teenage Career Preparation (2025), инициированное Организацией экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), которое охватило более 690 тысяч 15-летних подростков из 81 страны, свидетельствует: ученики, которые в 15 лет строят четкие карьерные планы, во взрослой жизни имеют значительно лучшие результаты в занятости, доходах и удовлетворении от работы. Конечно, карьерный план в 15 лет не означает, что человек уже раз и навсегда выбрал профессию. Он скорее работает как компас: маршрут может меняться, но компас помогает не брести наугад.
Вместе с тем исследование показало, что всего 39% опрошенных подростков четко понимают свое будущее. И почти половина считает, что школа недостаточно подготовила их к взрослой жизни.
Так когда же на самом деле нужно начинать говорить с ребенком о будущей профессии?
Рассказывает Дарья Шевченко — специалист по профориентации, психолог, основатель «Школы успеха Дарьи Шевченко». Она уверена: начинать нужно задолго до выпуска из школы и никогда не поздно изменить свой выбор карьерного пути. Именно поэтому Дарья работает как с детьми, так и со взрослыми.
— Дарья, в каком возрасте уже можно понять, к чему ребенок имеет способности и склонности? До 15 лет — это не слишком рано?
— Это очень индивидуально. Есть дети, у которых способности проявляются рано и настолько ярко, что их сложно не заметить. А есть те, кому нужно больше времени. Если говорить о классических методиках профориентации, то их обычно рекомендуют применять в девятом-десятом классе. Но современные методики, в частности и разработанная мной, дают возможность проводить диагностику приблизительно с десяти лет.
Казалось бы, зачем спешить, если можно подождать до 15 лет? Но ранний старт дает возможность ребенку сознательно выбирать факультативы, кружки и секции, пробовать себя в разных сферах и на практике проверять, что ему действительно по душе.
Моя методика состоит из двух частей. Сначала — определить профессиональные склонности ребенка: в каких сферах он имеет наибольший потенциал. Второй этап — выяснить, как ребенок будет себя чувствовать в выбранной профессии. Для этого учитывают много разных показателей: темперамент, тип мышления, уровень эмпатии, гибкость нервной системы, коммуникабельность, умение быстро обрабатывать информацию и другие индивидуальные особенности. Именно это помогает понять не только, какая профессия подходит, но и какое направление в рамках этой профессии будет самым лучшим.
Приведу пример. Предположим, диагностика показывает, что ребенок имеет все предпосылки, чтобы стать успешным врачом. Казалось бы, вопрос решен. Но второй этап диагностики может существенно изменить рекомендации. Например, я вижу, что у ребенка очень высокий уровень эмпатии — он очень глубоко переживает чужую боль и пропускает ее через себя. В таком случае я не буду рекомендовать, скажем, семейную медицину. Ведь семейный врач каждый день работает не только с болезнями, но и с проблемами целых семей. Человека, который очень остро переживает чужие эмоции, это может быстро привести к эмоциональному, а со временем и профессиональному выгоранию. В результате, он может решить, что медицина — не его призвание. Хотя на самом деле проблема не в профессии, а в неправильно выбранном направлении. Именно так было с одной моей клиенткой. После диагностики я посоветовала ей обратить внимание на стоматологию или фармацевтику. Она выбрала стоматологию. Сегодня это успешный стоматолог, который с удовольствием работает по специальности.
— Когда моя дочь проходила у вас профориентацию, в своих рекомендациях вы поделили все профессии по цветам светофора. Что означают эти цвета?
— Это на самом деле сделано для того, чтобы и ребенку, и родителям было легче сориентироваться. Зеленый — профессии, которые больше всего отвечают способностям, интересам и внутренней мотивации ребенка. Желтый — тоже подходят, но будут требовать больше усилий и вряд ли будут приносить такое же удовлетворение от работы. Красный — профессии, которые меньше всего соответствуют природным склонностям человека. На них я рекомендую просто не тратить время.
Вообще я стараюсь советовать не только конкретные профессии, но и направления, где человек сможет развиваться дальше. Рынок труда очень быстро меняется: одни профессии исчезают, другие появляются, все больше профессий возникает на пересечении разных сфер. Например, специалисты по искусственному интеллекту сегодня нужны и в медицине, и в образовании, и в юриспруденции. Поэтому самое важное — не «угадать» профессию на всю жизнь, а найти направление, в котором человек сможет гибко развиваться.
— Помню, как у моей дочери в «красном» списке оказались все наши семейные мечты. И юриспруденция тоже. Она училась в историческом классе и уже планировала поступать на юридический факультет. Да, признаюсь... Наш дедушка — в свое время успешный юрист — был уверен, что у нее тоже есть все задатки, чтобы достичь успеха в этой сфере. А потом мы открыли «красный» список от вас... Посмеялись. И поняли: все, больше об этом не говорим. Когда я увидела, как у дочери загорелись глаза от профессий из «зеленого» списка, сомнений уже не было. Сейчас она работает в творческой сфере, которую вы ей тогда рекомендовали, — пишет тексты. И она действительно счастлива.
— Так бывает очень часто. И знаете, это нормально. Иногда профориентация помогает не только ребенку найти свой путь, но и родителям. Она дает понять, что будущее ребенка не всегда должно совпадать с нашими ожиданиями.
Все мы хотим для своих детей самого лучшего. Но ребенок — не наша копия. У него свои интересы, способности и характер. Наша задача — помочь ему найти свой путь, а не пройти тот, который мы когда-то придумали для него или не смогли пройти сами.
Еще одна распространенная ошибка — ориентироваться только на популярные профессии. Но популярность на рынке труда быстро меняется. Намного важнее понять, что действительно подходит именно этому ребенку.
Также есть стереотип, что профессиональное образование менее престижно, чем университетское. На самом деле это давно не так. Развитие технологий меняет все профессии. Сфера сантехники например, уже включает умные технологии, сенсорные краны, IoТ-решения и автоматизированные системы. И вдобавок хороший мастер в прикладной сфере — например, флорист, строитель или мастер маникюра — затребован на рынке и может зарабатывать значительно больше и получать большее удовлетворение от работы, чем человек, в свое время выбравший «престижную» профессию, но так и не полюбивший ее. И да, есть успешные кейсы, когда дети, которые проходили у меня профориентацию, выбрали профессиональное образование.
— Что бы вы посоветовали родителям, которые хотят помочь ребенку выбрать профессию? Что они могут сделать сами? В Интернете тоже много профориентационных тестов. Какие-то тесты дают и в школе.
— Что бы я посоветовала родителям? Дайте ребенку возможность познакомиться с как можно большим количеством профессий — пусть во время каникул побывает на работе у мамы, отца, бабушки, дедушки, увидит своими глазами, чем люди занимаются.
Слушайте ребенка: если его заинтересовала какая-то профессия, а в вашем окружении есть человек, который ею занимался, попросите его пообщаться с ребенком. Пробуйте разное — кружки, секции, мастер-классы. Если через месяц ребенок скажет: «Это не мое» — не страшно, это тоже результат: так мы отсеем то, что не подходит.
Используйте современные возможности — Интернет, ChatGPT: спрашивайте вместе с ребенком, чем занимается тот или иной специалист, что он должен знать. И наблюдайте — спрашивайте: «Что тебе интересно?», «Что понравилось?», «Почему?» — пусть ребенок учится проговаривать свои мысли.
Ну и, конечно, самый эффективный вариант — обратиться к специалисту. Не надо изобретать велосипед, когда он уже давно изобретен. Профориентация длится день-два, зато может сэкономить годы, которые могли бы быть потрачены по ошибке выбранную профессию.
— Поскольку рынок труда быстро меняется, обращаются ли к вам взрослые люди, которые хотят сменить профессию?
— Да, приходят. Самому старшему человеку, который обращался ко мне, было 54 года.
Здесь важны не время и не обучение, а смелость решиться. Ведь никогда не поздно. Тем более если по определенным причинам мы выбрали не ту профессию или наши вкусы изменились. Или мы чувствуем, что есть потенциал, но точно не знаем, чего хотим, и не уверены, стоит ли двигаться в том или ином направлении.
Недавно я работала с женщиной, ей 43 года, она бухгалтер. У нее взрослый сын, поэтому есть больше времени на самореализацию. Пришла с запросом: чувствует, что может больше, хочет больше, но на своей работе уже достигла максимума. Думает, менять ли направление.
Но когда мы с ней детально поработали, я увидела, что менять само направление ей вовсе не нужно! Бухгалтерия — это в самом деле ее призвание, она там плавает как рыба в воде, имеет колоссальные способности. Я посоветовала ей сменить не профессию, а именно место и формат работы. Объяснила, чего именно ей не хватает для самореализации. В ее случае нужно было перейти на работу на себя, открыть свое дело, так как диагностика показала способности к бизнесу. Клиентка была невероятно благодарна за консультацию, поскольку получила подтверждение того, что правильно понимает себя, и ей не пришлось ломать жизнь и начинать с нуля в другой сфере. И это тоже часть работы специалиста по профориентации — показать человеку то, что он сам о себе не видит.
— Что такое идеальная профессия? Как понять, что человек попал в яблочко?
— Это когда у человека горят глаза. Когда утром он просыпается не с мыслью: «Боже, снова понедельник», а с чувством, что ему хочется идти на работу. У него есть планы, идеи. Он не «отбывает срок» на рабочем месте и не считает часы до конца рабочего дня. Работа для него — не каторга.
Когда человек занимается тем, что ему действительно нравится, у него появляется сильная внутренняя мотивация развиваться. Он становится сильным специалистом, дает намного лучший результат и зажигает других. И сам от этого счастлив.
Я иногда думаю: если бы каждый человек знал свои природные способности и выбирал профессию, которая ему и правда подходит, мы бы жили в идеальном мире.
Тот компас, о котором мы говорили вначале, — это не о том, чтобы раз и навсегда правильно выбрать маршрут. Это о том, чтобы не бояться смотреть на него снова, когда жизнь подсказывает, что пора скорректировать курс.
