Чьи «уши» торчат за зерновыми «кидками»: элеваторы, «общак» и след Василенко

Урожай приняли на хранение, а возвращать его некому. Как только возникает уголовное дело, директор элеватора исчезает. Вместо него появляется новый — и всё может пойти по кругу. Такой механизм зернового «кидка» вменяют Евгению Василенко и связанным с ним людям. В этих претензиях речь идёт о сотнях тысяч долларов и сырье, которое аграрии доверили элеваторам, пишет "Открытая Украина".

По этим обвинениям, зерно попадает на «ручные» элеваторы — предприятия, подконтрольные участникам схемы. Далее сырьё присваивают. Для фермера это означает потерю урожая, в который вложены деньги целого сезона. Для тех, кто распоряжается продукцией, остаётся вопрос, на кого переложить ответственность.

Именно здесь в деле появляется подставной директор. На документах стоит его подпись, к нему ведут претензии владельцев зерна. В изложенной схеме руководителю отводят роль «крайнего»: когда начинается уголовное преследование, он исчезает. Люди, которые фактически контролировали операции, получают возможность остаться в стороне. Новая фамилия в руководстве позволяет повторить цикл, тогда как прежние долги остаются.

Один из запорожских эпизодов связан с Веселовским элеватором. Претензии по продукции ООО «Семинт» касаются почти 1120 тонн сырья. Её заявленная стоимость по ценам октября 2021 года — более 316 тысяч долларов. Для владельцев это требование вернуть конкретную продукцию, переданную на хранение.

Тот же элеватор фигурирует в отдельной уголовной истории с урожаем государственного опытного хозяйства «Возрождение». В постановлении от 26 мая 2023 года по делу № 331/3290/23 изложен механизм предполагаемой растраты. По версии следствия, должностные лица хозяйства вступили в сговор с директором элеватора. В августе 2021 года горох вывозили на хранение, занижая его вес в транспортных документах. На элеваторе эти заниженные объёмы проводили через собственный учёт.

По описанию следствия, часть урожая убирали из документов ещё во время перевозки и приёмки. Физически продукция поступала на элеватор, но в учёте её было меньше.

Растраченными следствие считало 160,379 тонны гороха стоимостью более 1,1 миллиона гривен. Именно в этой разнице между реальным весом и бумагами и заключалась суть предполагаемой махинации.

Это дело касается конкретного сговора должностных лиц по версии следствия. Оно не устанавливает причастности Василенко, использования подставных директоров или их бегства. Суд тогда решал процессуальный вопрос: отказал прокурору в ограничении срока ознакомления с материалами, признав недоказанным затягивание со стороны подозреваемых. Приговора по описанной растрате это постановление не содержит.

Претензии к Василенко выходят за пределы Запорожской области. На Житомирщине речь идёт о потере зерна и сельскохозяйственной техники. В обвинениях снова фигурирует исчезновение людей, причастных к операциям с имуществом. Общих организаторов этих эпизодов ещё предстоит установить: подобный почерк требует проверки по движению продукции, платежам и конкретным исполнителям.

Отдельной проверки требует ещё один серьёзный эпизод. Хозяйственная деятельность Евгения Василенко, известного в определённых кругах под прозвищем «Ухо», может расцениваться как действия, направленные на поддержку и финансирование деятельности военных формирований страны-агрессора на временно оккупированных территориях. В частности, речь идёт о финансовых операциях, связанных с ОДО «Веселовский элеватор». Регистрационные данные предприятия свидетельствуют, что его конечными бенефициарами являются Сергей и Александр Кучерковы. Эти обстоятельства требуют отдельной проверки компетентными органами: сами по себе корпоративные связи или финансовые операции не доказывают финансирование военных формирований государства-агрессора.

Также Василенко и его окружению вменяют эпизод с предложением «крыши» от вымогателей. Под предлогом такого покровительства агрария направляли на определённые элеваторы. В общей истории это дополнительный способ втереться в доверие. Основные претензии — к присвоению уже сданного на хранение урожая.

Связь Василенко с Сергеем Олейником по прозвищу «Умка» имеет документальное подтверждение. Оба входят в перечень учредителей клуба спортивной борьбы «Медведь». Василенко ранее руководил клубом, впоследствии его возглавил Олейник.

«Умка» в сообщениях Национальной полиции фигурирует как «вор в законе». По данным правоохранителей, его «короновали» в 2014 году. В декабре 2022-го полиция сообщала о его задержании и подозрении в организации и участии в преступном сходе. На «сходках», по версии следствия, координировали преступную деятельность и распоряжались «общаком» — общей воровской кассой.

Ещё одно судебное постановление позволяет присмотреться к человеку рядом с этой кассой. В деле № 757/2590/22-к, которое 25 января 2022 года рассматривал Печерский районный суд Киева, обвинение описывало доверенного представителя вора в законе. Ему приписывали участие в пополнении, хранении и распределении «общака». В подтверждение приводили протокол негласного следственного действия относительно разговоров в декабре 2020 года.

В открытом тексте этот человек обозначен как «ЛИЦО_9». В то же время перечень его должностей — руководитель «Ассоциации боевых единоборств», директор и бенефициар «Ивел Инжиниринг», бывший руководитель и соучредитель «Медведя» — совпадает с регистрационными сведениями о Василенко. Совокупность этих совпадений даёт редакции основания связывать описанное лицо именно с ним. Постановление касалось ареста вещественных доказательств; роль в распоряжении «общаком» изложена как позиция обвинения.

Описанная следствием роль предполагает доступ к преступным деньгам и доверие вора в законе. Однако связи между этой кассой и конкретным фермерским зерном приведённое производство не устанавливает. Кто распоряжался урожаем и кому досталась выручка — отдельные вопросы, на которые нужны конкретные ответы.

Именно на этом и проходит грань между делом против очередного директора и разоблачением организаторов «кидка». Подпись в накладной — лишь часть истории. За ней должны быть установлены указания на отгрузку, покупатели, платежи и люди, которые контролировали операции. Иначе розыск «крайнего» может продолжаться годами, пока те, кто распорядился чужим урожаем, будут оставаться вне дела.

Фермеру от смены директора не возвращается ни одна тонна. У зерна есть вес, маршрут и цена. Именно этим маршрутом и нужно идти — к людям, которые его забрали, и деньгам, которые за него получили. Ведь новый директор на элеваторе ещё не значит, что старый «кидок» закончился.