/https%3A%2F%2Fs3.eu-central-1.amazonaws.com%2Fmedia.my.ua%2Ffeed%2F46%2Fd87541dfb3ba965eb330c5c87f4eadc8.jpg)
Южная Корея с начала лета резко увеличила поставки топлива в Россию: что происходит
Южная Корея в июле и августе резко увеличила морские поставки нефтепродуктов в Россию и стала одним из крупнейших источников импортного топлива для страны. Об этом говорится в расследовании The Guardian, основанном на портовых документах и данных отслеживания судов.
Южная Корея. Фото: из открытых источников
По данным издания, из южнокорейских портов на семь танкеров погрузили более 176 тысяч тонн топлива, преимущественно дизельного. Суда совершили 14 рейсов в направлении российского Дальнего Востока.
Особое внимание привлекли три танкера, находившиеся под санкциями Великобритании и Евросоюза. Еще в одном случае топливо передали с судна на судно непосредственно в южнокорейских водах. Такая схема позволяет менять судно-перевозчик и затрудняет отслеживание происхождения груза.
Крупнейшим из задействованных танкеров был Layla. Судно, находящееся под санкциями, дважды отправлялось из Ульсана во Владивосток — 19 июля и 10 августа. В общей сложности оно доставило около 57 тысяч тонн дизельного топлива.
Другой санкционный танкер, Astoria под российским флагом, загрузил в Ульсане около 11 тысяч тонн. В документах пунктом назначения была указана Япония, однако фактически судно направилось во Владивосток.
Еще один танкер, Chongchon, вообще не заходил в порт: около 26 тысяч тонн топлива он получил от другого судна на рейде возле Йосу, после чего также взял курс на Владивосток.
На фоне дефицита топлива в России объемы импорта резко выросли. По данным Kpler, в августе страна морем получила около 368 тысяч тонн нефтепродуктов – более чем в семь раз больше июльского показателя. Южная Корея обеспечила около 112 тысяч тонн, или 31% этого объема, уступив только Индии.
При этом The Guardian отмечает, что сами поставки не обязательно означают нарушение южнокорейского законодательства. Однако использование санкционных судов и схем с перевалкой груза создает вопросы относительно соблюдения международных ограничений против России.

