Андрей Золотарев. Кремль ждет нового президента — Путин не намерен подписывать соглашения с Зеленским

Январь 2026 года стал временем беспрецедентной дипломатической активности в попытках завершить российско-украинскую войну. После исторической встречи в Абу-Даби 24 января, где за одним столом оказались делегации Украины, США и РФ, мировое сообщество заговорило о «духе Анкориджа» — рамочных договоренностях, достигнутых Дональдом Трампом и Владимиром Путиным на Аляске еще в августе 2025 года. Стороны обсудили ключевые вопросы, включая прекращение огня, контроль над территорией Донбасса и механизмы безопасности, но Россия вновь настаивает на контроле над всем Донбассом, что Украина категорически отвергает. Обе стороны объявили о продолжении встречи в начале февраля для дальнейших консультаций.

В этой ситуации интернет-издание From-UA попросило прокомментировать перспективы возможной трехсторонней встречи президента Украины Владимира Зеленского, президента России Путина и президента США Дональда Трампа известного украинского политолога Андрея Золотарева, а также ответить на первый вопрос: насколько возможна подобная встреча или стороны будут встречаться по отдельности, какие смыслы и ответственности несут такие договоры.

— Смысл договора в том, что Трамп хочет реализовать эти договоренности, пресловутый «дух Анкориджа», то есть рамочные договоренности, которых они достигли на Аляске. Понятно и другое, что у этих договоренностей есть ряд моментов, которые к Украине трудно приложимы, а тем более, что они ведут к тектоническим политическим потрясениям и трудно реализуемы. Поэтому Трампу крайне важно, учитывая его амбиции в создании Совета мира, продемонстрировать результативный кейс с Украиной, поэтому он будет прилагать все возможные усилия.

И да, невозможного ничего нет, ведь месяц назад нам рассказывали о том, что переговоры с Россией невозможны, законодательно запрещены, но Трамп позвал Зеленского в Давос, поставил перед фактом — и украинская делегация полетела в Абу-Даби. Вот это факт, с которым трудно поспорить. А дальше, учитывая психологическую специфику личности президента, он начнет петлять. Но пространство для маневра у него теперь предельно сужено, учитывая его давосскую речь, «кусание руки дающего». Очевидно, он убедился в том, что дальше разговоров европейская поддержка не идет: фонд помощи Украине оружием за последний месяц ни на миллиард никто не пополнил, это тоже факт. Поэтому петлять, по большому счёту, уже особо некуда.

В результате мы имеем замкнутый круг. Зеленский требует от США гарантий безопасности, поскольку выход из Донбасса — это, по сути, выход в чистое поле. В этом случае у россиян появляется возможность выйти на оперативные просторы и дальше двигаться на Полтаву и Днепр. Их там, по большому счёту, особо ничего не остановит, поскольку до Днепра нет ни укреплений, ни серьёзных естественных препятствий. Именно на это обстоятельство вполне резонно указывают военные.

В то же время США выдвигают своё условие: сначала вы подписываете соглашение о прекращении огня, и только потом может идти речь о гарантиях. Россия, в свою очередь, ставит встречное условие: сначала Украина должна выйти из Донбасса, зафиксировать это документально, и лишь после этого можно говорить о прекращении огня. Таким образом, возникает замкнутый круг. Сумеет ли его разорвать Трамп — я думаю, в ближайшие пару-тройку недель мы это увидим.

И вишенка на торте — это требование Российской Федерации, которое сейчас ретранслирует команда Трампа: проведение президентских выборов в Украине. Очевидно, что что-либо подписывать с Зеленским Путин не намерен — это надо понимать. Соответственно, не исключено, что уже следующий президент Украины будет встречаться и с Путиным, и с Трампом. Но это среднесрочная перспектива. В краткосрочной перспективе вероятность такой встречи крайне мала. Хотя, как мы знаем, у нас всё возможно. В этом плане Украина — страна неограниченных возможностей. В том смысле, что у нас возможно всё.

— Судя по недавним заявлениям Зеленского, можно предположить, что у него есть определённая готовность к переговорам. При этом Ушаков недавно заявил: «Если Зеленский готов ко встрече с Путиным, то мы приглашаем его в Москву». Но как это согласуется с указом Зеленского, запрещающим вести переговоры с Путиным?

— Мы же уже видели ситуацию, когда переговоры вести запрещено, но, тем не менее, на переговоры едет украинская делегация, и ничего, небеса на землю не упали, как мы видим. Но поехать в Москву — это жест капитуляции, признание поражения. Учитывая специфику личности Зеленского, вряд ли он на это пойдет. Ну и для Путина Зеленский, весь контекст, для него это фигура, с которой он вряд ли сядет за стол переговоров.

— Кроме вопроса выборов остаётся ещё один — территориальный. Как Зеленский собирается его решать? Следует ли выносить это на референдум или есть другой способ решения?

— Такие вопросы на референдуме не решаются, поскольку референдум в наших условиях — это чисто манипулятивный инструмент: прикрыться, переложить на народ довольно общее понятие, свою персональную ответственность как президента. Поэтому заговорили о референдуме.

Но, судя по всему, территориальный вопрос уже был предметом договорённостей в Анкоридже: Украина покидает Донбасс, а по Запорожской и Херсонской областям фиксируется линия фронта. Также не исключено создание буферных зон в Сумской и Харьковской областях.

Многие задаются вопросом: а в чём здесь выгода для Путина? А выгода заключается в возможности создания своеобразного офшора — свободной экономической зоны на части Донбасса, которая формально остаётся под контролем Украины. Оттуда может продаваться российское сырьё, но уже с печатью этого офшора. То есть российские товары превращаются в американские — примерно так же, как белорусские креветки или французский сыр с плесенью внезапно становился белорусским.

Это классический обход санкций. По сути, там может быть и газ, и коксующийся уголь, и нефть, и аммиак — но юридически это уже будет «американское». Фактически это мягкий вывод России из-под санкционного режима. Такое предложение, я думаю, Путина действительно заинтересовало, и здесь его интересы совпадают с интересами Трампа.