Ищут могилы и включают свет в квартирах: как зарабатывают в прифронтовой зоне
Ищут могилы и включают свет в квартирах: как зарабатывают в прифронтовой зоне

Ищут могилы и включают свет в квартирах: как зарабатывают в прифронтовой зоне

Наша новая реальность, куда вошла война, диктует нам новые правила жизни. Много украинцев еще совсем недавно и представить не могли, чем им придется заниматься после 24 февраля 2022 года, чтобы заработать деньги. И "новая" работа оказалась для многих "старой" – жители оккупированных с 2014 года регионов Донбасса уже девятый год знают о таких способах заработка и поделились этим с KP.UA.

Перевозчики

Любой, у кого есть хоть какой-то автомобиль, пусть даже «копейка» эпохи застоя, может попробовать себя в роли перевозчика. Сейчас особым спросом пользуются поездки с неподконтрольных территорий на подконтрольные и обратно, как вариант – на территорию России и обратно. Влиться в когорту «перевозов» сложно, но возможно: например, в Донецке и Луганске уже сложился свой узкий круг участников, новоприбывшие в него попадают не просто так, а по рекомендациям участников. Далее следует знакомство новичка и с маршрутом, и с теми, кто на маршруте – пограничники, военные, полицейские. Со всеми надо дружить, всех надо «подогревать»: кого денежкой, кого пачкой хороших сигарет, кому привезти «пополняшку» на телефон, а кому-то и бутылки санкционной "колы" будет достаточно. Отчасти именно поэтому поездка на расстояние 100 км приравнивается по цене к стоимости билета на самолет бизнес-класса через половину земного шара.

- Выехать из Донецка в Ростов – 2000 рублей за место в машине, где четыре пассажира. На микроавтобусе с 8 местами – 1000 рублей. Выехать за пределы РФ, например, в Латвию – уже другие суммы, от 250 до 400 долларов или евро с человека. Спрос на поездки есть, реклама перевозок идет по всем местным телеграм-каналам, номера «хороших» перевозов передаются из рук в руки. Что такое «хороший перевоз» сейчас – я не знаю. Раньше это был человек, который умел провозить людей через блокпосты без многочасового стояния в очереди, - рассказывает житель Донецка Анатолий.

В Запорожской области поездки «в Украину» также влетают людям в копеечку, и уже сформировался рынок этих услуг.

- Выехать на подконтрольную территорию стоило еще осенью 2000-4000 грн с человека. Сейчас цены могут быть немного другими, наверное, повыше. Не могу сказать, что много людей едут, но тоже спрос есть. Есть водители, которые уже завели себе диспетчеров для сбора заказов, - отмечает житель региона Александр Куцевой.

Один из донецких водителей-перевозчиков рассказал: бизнес прибыльный, но небезопасный. Чтобы выехать без долгих стояний и проблем на границе, нужно учитывать массу нюансов - от погоды до настроения начальника пограничной смены.

- Если на смену выходит не «наш» человек, то все, жди проблем: он будет делать вид, что не понимает, о чем ему говорят перевозчики (а они говорят, мол, пропусти без очереди, договаривались с твоим коллегой). Потом, конечно, пропустит за мзду, но нервы обязательно потреплет. В среднем за беспрепятственный проезд границы перевозчик отдает примерно треть заработка. И не надо удивляться, но на украинских границах ровно точно такая же схема, еще со времен блокпостов, - говорит наш собеседник.

Сиделки

Услуги сиделок в прифронтовых районах сейчас на вес золота. Будем честны: молодежь уехала от войны, спасая себя и детей, их родители и бабушки-дедушки заявили что-то вроде «здесь родились – здесь и умрем» или «дом не бросим ни за что» и остались. Моложе и здоровее никто из них, ясное дело, с годами не стал, а война и стрессы сокращают жизнь и здоровье страшными темпами. Максимум, что могут сделать для них дети и внуки – пригласить сиделку или приходящую «няню» для лежачего или больного старика. Сиделка и обед сварит, и укол поставит, и ночью прислушается к дыханию спящего. И за каждую из этих опций ценник сиделки возрастает в полтора-два раза.

- Самый минимальный минимум – это просто приходящая сиделка, которая будет только находиться у постели лежачего, подавать воду, лекарства и еду, поправлять подушку, читать вслух и исполнять другие мелкие необременительные функции в течение рабочего дня. У нас это стоит 500 рублей в день. Если сиделка остается на ночь, то это уже 1000 рублей, и утром ее сменяет другая сиделка, а эта идет отдыхать. Уколы и процедуры – это уже 1500-2000 рублей в день за профессиональные услуги медсестры. Приготовление еды и уборка жилья оговариваются отдельно, но это тоже не меньше 500 рублей плюс продукты, - рассказывает жительница Ужгорода Елена Кучко, у которой на оккупированной территории Донбасса осталась больная мать. По ее словам, вся местная пенсия матери уходит на оплату услуг сиделок, все остальные траты – на плечах уехавших детей.

- Иногда мне кажется, что было бы проще и дешевле вывезти маму к нам, но как везти лежачего больного – я не представляю. Нам пока повезло, что сиделка – порядочная женщина, мамина соседка, которую мы знаем. Но то количество денег, которое мы выкладываем за ее услуги, потрясает, - говорит Елена.

Агентства, которые предлагают сиделок и нянь, также открыты по всем регионам, в том числе и оккупированным. Однако жители говорят, что они требует заключать контракт с их работниками на месяц с оплатой гораздо выше, чем по знакомству.

- Выкладывать 500 долларов за то, что их сиделка три раза в неделю придет помоет полы и приготовит поесть из наших продуктов, мне кажется, слишком дорого. Поэтому договорилась со знакомой медсестрой. У нее зарплата маленькая, она согласилась на подработку за нормальную сумму, - рассказала собеседница.

Мажордомы, они же присмотрщики за жильем

Несмотря на не самое благозвучное название, присмотрщики занимаются весьма необходимым делом: следят за квартирами и домами уехавших жителей. В основном, это родственники, друзья, знакомые или соседи. Брать с них деньги мажордомы вроде бы и не хотят, мол, по доброте душевной это делают, но уехавшие обычно оплачивают поездки, мелкие ремонты, если в них есть необходимость, а также платят такой гонорар, который считают возможным.

- У меня шесть квартир в Донецке, из которых люди уехали еще в 2014-2015 годах. Они оставили мне ключи и попросили заходить в квартиры, включать свет, открывать окна – в общем, создавать видимость того, что здесь живут люди. Раз в неделю я этим и занимаюсь, а также оплачиваю коммунальные услуги из присланных денег, веду переговоры с коммунальными службами, вызываю мастеров на ремонт, если надо, и т. п. – рассказала жительница оккупированной шахтерской столицы Людмила Савина. – Люди не хотят продавать свое жилье, верят, что вернутся домой, хотя мне трудно представить, как после 8 лет жизни в другом мире можно вернуться в Донецк… Но свои обязанности я выполняю четко, чтобы совесть была чиста. На карту мне сбрасывают деньги для оплаты коммунальных услуг, а также 1000-1500 грн в качестве благодарности за присмотр. В целом получается неплохая прибавка к пенсии. Но я эти деньги отрабатываю сполна: хозяева могут вернуться без предупреждения в любой момент – их встретит чистая квартира, без грязи и пыли, где все работает и лежит на своих местах.

Найти могилу умершего родственника и присмотреть за ней – услуга за которую уехавшие готовы достойно платить. Фото: Anastasia Vlasova/Getty Images

Искатели могил

Кто-то уезжает и теряет близких, оставшихся в прифронтовых городах, а кто-то приезжает после долгого отсутствия и не может найти на кладбище захоронения близких людей. За годы кладбища разрастаются так, что отыскать заветный холмик просто невозможно. Поэтому спрос на услуги искателей могил на местных кладбищах растет. За небольшие деньги (около 500 грн) человек пойдет и будет искать могилу столько, сколько надо, чтобы потом передать родственникам координаты, куда они могут прийти и возложить цветы.

- Если доплатить еще столько же, то могилку уберут, почистят, подновят оградку и вышлют фото родственникам. Понятно, что зимой это стоит дороже – люди работают на морозе. Но в целом спрос есть, потому что, например, на донецких кладбищах в свидетельствах о захоронении несколько лет не писали ряд и место, а только сектор, где находится могила. А это огромная площадь, поди найди, где там бабушка или дедушка упокоились. Нанимается человек, который будет ходить и искать, и найдет. Тогда уже камень с души падает, что не забыли о могилах родных, – признается нынешняя жительница Полтавской области, бывшая дончанка Ольга Струм.

Также опыт поиска и уборки могил на оккупированных территориях переняли и другие прифронтовые районы, покинутые людьми. Они просят оставшихся поухаживать за последними пристанищами их близких и готовы оплачивать все затраты сил и денег.

Координаторы выплат

Эта услуга сейчас очень популярна в тех регионах, которые Россия почему-то считает своими. Чтобы застолбить лояльность населения, в РФ выплачиваются определенные суммы (10 000 рублей) пенсионерам. Чтобы их получить, надо выехать за пределы «новых регионов» в Россию, там пройти оформление в банках и собесах, завести банковские карты и номера телефонов, чтобы дали заветную «десятку». А поскольку пенсионеры не всегда владеют пультом от телевизора, не то что интернетом, и понятия не имеют, куда же идти в незнакомом городе, появились ушлые молодые люди, сопровождающие их в поездках.

- Они набирают желающих в свое авто и везут их, допустим, в Ростов или Таганрог. По договоренности с сотрудниками банка или управления соцзащиты проводят людей без очереди, помогают оформить карту для выплат и сделать все прочие формальности. За это берут «гонорар» - 3000 рублей с человека. То есть поехал пенсионер за 10 000 – их них 3000 отдал координатору, который за ручку его поводил по всем учреждениям, 2000 отдал за проезд туда-обратно… В итоге остается в кармане аж 5000 рублей. Спрашивается, и стоило оно того? – рассказывает нам собеседник из оккупированных районов Сергей Лиман.

Местный сегмент интернета пестрит предложениями «Помогу съездить за выплатами…» Кто-то даже предлагает самостоятельно все сделать и привезти пенсионерам их деньги. Правда, в памяти у стариков еще живы случаи, когда с 2014 года мошенники предлагали съездить за пенсиями на подконтрольную территорию Украины, собирали у стариков банковские пенсионные карточки – и растворялись в лучах заката вместе с пенсиями…

Поменять валюту или обналичить деньги в прифронтовых городах – отдельный квест. Фото: Ковальчук Виктор / УНИАН

Обнальщики, они же менялы

Те самые, кто дают «за три тумана по рублю», как у Есенина. Водятся на оккупированных территориях и помогают жителям либо снять деньги с украинских банковских карт (банки не работают в захваченных районах), либо обменять гривны на рубли (если в ходу уже российская валюта).

В целом, «обналов» любят и уважают – без них народ просто бы остался с кусками бесполезного пластика в руках вместо денег. Даже несмотря на грабительский курс, по которому меняла выдаст рубли вместо гривен, жители трепетно относятся к пунктам обналичивания. Впрочем, оказывают услугу здесь и владельцам российских банковских карт, которым надо срочно снять наличность. Поскольку завезти банкоматы «вторая армия мира» никак не сподобится, обналичивание населения теперь находится в руках менял.

Процедура проста: через онлайн-банкинг деньги с карты переводятся на карту менялы. Допустим, это 1000 грн. На руки меняла выдаст по установленному им же курсу 1300 грн (1:1,3). Сказать, что это грабеж средь бела дня – ничего не сказать, но такова жизнь. Реальный же курс гривны-рубля гораздо выше, и именно по этому курсу обнальщик сам будет менять потом свои безналичные гривны.

Каждый, у кого есть банковская карта и наличность, может предложить свои услуги по обмену. В телеграмм-каналах гривну предлагают менять по курсу 1:1,7, что уже повеселее, чем 1:1,3 (хотя все равно мало). Кому-то нужна безналичная гривна для оплаты кредита или покупки товара – вот он и спрашивает у народа, есть ли у кого-то на карте? Взамен даст рубли, и все расстанутся довольные друг другом. Работка непыльная, если не нарываться на конкурентов, которых «крышуют» оккупационные «власти».

Источник материала

Оригинальная версия

Поделиться сюжетом