Мечты о ГУЛАГе: Кремль официально признал Северную Корею своим экономическим идеалом

Российские власти больше не стесняются своих истинных намерений относительно будущего собственной страны. Заместитель председателя Совета безопасности РФ Дмитрий Медведев в своем последнем интервью буквально огорошил общественность, призвав брать пример с экономики Северной Кореи.

По его мнению, Пхеньян добился «выдающихся результатов» даже в условиях жесточайших санкций и международной изоляции. Медведев всерьез полагает, что России стоит поучиться у Ким Чен Ына тому, как быстро и эффективно мобилизовать ресурсы и выстроить мощную оборонку при почти полном отсутствии доступа к мировым рынкам.

В своем выступлении Медведев не скупился на комплименты в адрес диктаторского режима, назвав Северную Корею «союзником на деле» и поблагодарив руководство КНДР за поддержку. Он подчеркнул, что пример Пхеньяна доказывает: обеспечить национальную безопасность можно и в условиях тотальной нехватки ресурсов.

Для российского чиновника северокорейская модель, где всё подчинено нуждам армии, а население живет в информационном и материальном вакууме, теперь является эталоном эффективности.

Однако реальные цифры, в отличие от фантазий Медведева, выглядят пугающе. Пока в Кремле грезят о северокорейском «чуде», эксперты напоминают, что экономика КНДР остается одной из самых слабых и закрытых в мире. Весь ВВП этой страны составляет жалкие 26,7 миллиарда долларов — для сравнения, это в десятки раз меньше, чем у соседней Южной Кореи.

Доход на душу населения в КНДР едва дотягивает до 1,1 тысячи долларов в год. Это означает, что «выдающийся результат», о котором говорит Медведев, — это жизнь в нищете, где средний гражданин зарабатывает меньше 100 долларов в месяц.

Такие заявления из уст высокопоставленного российского чиновника четко рисуют картину того, к чему готовят россиян. Похоже, вместо обещанного процветания Кремль предлагает своим гражданам затянуть пояса и радоваться наличию ракет при пустых полках магазинов. Когда официальные лица начинают называть «успехом» экономику страны, пережившей массовый голод и живущей за железным занавесом, это звучит как окончательный приговор остаткам здравого смысла в российской политике.