/https%3A%2F%2Fs3.eu-central-1.amazonaws.com%2Fmedia.my.ua%2Ffeed%2F1%2Fad01f88c542cf3bc84f4d9402765cd63.jpg)
Решится ли Беларусь на войну против Украины?: что задумали Лукашенко и Путин
Путин и Лукашенко / © ТСН.ua
Путин не оставляет попыток втянуть в войну против Украины соседнюю Беларусь. Новости о возможности открытия северного фронта время от времени попадают на полосы мировых СМИ. Все чаще тему для таких разговоров подыгрывает сам Лукашенко, когда перед телекамерами инспектирует склады с противогазами, якобы готовя войска, или обсуждает это со своими генералами.
Действительно ли Минск решится воевать против Украины, стоит ли ожидать повторного наступления на Киев и почему вокруг Беларуси в последнее время столько шума, выяснял ТСН.ua.
Война в Украине: кому выгодны слухи о наступлении с севера
По мнению военного эксперта, генерал-лейтенанта в отставке и заместителя начальника Генштаба (2006-2010 гг.) Игоря Романенко, вопрос участия Беларуси в войне обсуждается уже пятый год. Были периоды, когда чуть ли не каждое утро все размышляли: будет воевать соседнее государство или нет.
«Вопрос участия Беларуси в войне создает напряжение в Украине. Ведь сразу возникает много вопросов: когда, как и где это может начаться. Лично у меня возникает вопрос: кому это нужно? Отвечаю: прежде всего россиянам, потому что для них это двойная польза. Во-первых, они используют это как давление на Украину, а во-вторых — давят на самого Лукашенко, потому что им его участие в войне действительно нужно. То есть разыгрывается пропагандистская игра. Потому что война в Украине уже длится пятый год, а обещанное наступление из Беларуси все не начинается», — рассказывает ТСН.ua Игорь Романенко.
Вместе с тем, военный эксперт подчеркивает, что безусловно игнорировать стремление Путина открыть северный фронт не стоит.
«Такая возможность с военной точки зрения полностью даст России больше возможности на восточном фронте в Украине. Они бы очень хотели открытия северного фронта, но вопрос о том, как это выполнить. То есть есть ли у них необходимый ресурс и есть ли чем весомо давить на Лукашенко, который пятый год „маневрирует“, чтобы он принял участие в военных действиях», — объясняет Игорь Романенко.
Ставка Кремля на 2026 год и реальные возможности РФ
Военный эксперт добавляет, что за ситуацией сейчас активно наблюдает как украинская разведка, так и разведка наших союзников.
«Ситуацию мониторят разведки и отслеживают все перемены. По моему мнению, особых изменений за пять лет войны не произошло. Единственное, что за последнее время добавилось к тому, что было, это стремление Путина к продолжению активизации боевых действий в 2026 году. Он делает ставку на наступательную кампанию весны и лета этого года. Противник добавляет ресурс, чтобы активизировать боевые действия», — отмечает генерал-лейтенант.
Сейчас активизация врага заметна на разных участках фронта. По словам эксперта, российская армия продолжает реализовывать концепцию Путина по захвату четырех областей Украины, незаконно вписанных в состав РФ после внесения изменений в свою конституцию — Луганскую, Донецкую, Херсонскую и Запорожскую.
«Прежде всего, это Донецкая область, которую больше всего стремится захватить Путин. Луганская уже почти оккупирована россиянами. Кроме того, наблюдается активизация военных действий в Запорожье. А что касается Херсонской, то у противника с этим есть проблемы — сил и ресурсов для захвата у них нет», — объясняет эксперт.
Игорь Романенко добавляет, что противник также пытается создать буферные зоны, которые Путин называет «зонами безопасности». Это Сумская, Харьковская и Черниговская области. Что касается последней, то враг ограничивается воздушными ударами, потому что на сухопутный вариант по Черниговщине нужны дополнительные силы, которых на данный момент у РФ нет.
«Если россияне сотрут о нашу оборону имеющийся ресурс, а новый не наберут, то до конца этого года они будут вынуждены переходить к остановке ведения боевых действий на отдельных участках или вообще по всему фронту», — прогнозирует военный эксперт.
Гибридный удар по НАТО: куда может пойти Путин
Однако существует еще один вариант развития событий, ведь останавливаться глава Кремля не планирует.
«Путин без войны не сможет, это для него политическая, а может и не только смерть. Он это хорошо понимает. Поэтому будет ее продолжать, потому что воевать где-то надо, чтобы „глубинный народ“ направлять на такую жизнь. И это может быть гибридная война. То есть, не широкомасштабная, а, например, война с одной из небольших натовских стран. Скорее всего, страны Балтии. В этом отношении существуют разные варианты, в том числе и через Сувальский коридор», — объясняет эксперт.
По словам Игоря Романенко, именно поэтому в последнее время тема привлечения Беларуси к войне активно обсуждается в информационном пространстве. Что побуждает нас сосредотачивать дополнительные силы на границе с этой страной.
«Угроза открытия северного фронта из Беларуси есть, но она может относиться не столько к Украине, сколько к одной из стран Балтии, куда может пойти Путин для реализации гибридной войны. Самый главный вопрос: собрали ли там россияне столько ресурсов, чтобы начать боевые действия с территории Беларуси? В настоящее время — нет. Поэтому можно хоть каждое утро поднимать этот вопрос, но я считаю, это нецелесообразно делать, чтобы не лить воду на мельницу российской пропаганды», — отмечает эксперт.
В то же время Игорь Романенко подчеркивает, что вопрос угрозы от Беларуси должен быть на постоянном контроле, но не более того. Основное внимание должно быть приковано к событиям на главном фронте и наращиванию потенциала Сил обороны Украины.
Повторное наступление на Киев и белорусский фактор
Если все же предположить, что Путин с Лукашенко отважатся на повторную попытку наступления на украинскую столицу, то эксперт не исключает такой угрозы, учитывая планы врага образца 2022 года «взять Киев за три дня».
«Вопрос Киева для Путина принципиальный. В России до сих пор считают: если взять Киев, то остальная Украина посыплется и их планы будут реализованы. Но планировать это, когда российская армия не смогла захватить более четырех лет войны ни одного областного центра Украины, рано. Для этого нужны гораздо большие усилия и ресурсы, чем те, которые сейчас есть у российской армии», — отмечает генерал-лейтенант.
По словам Игоря Романенко, пока у Путина не получается полноценно реализовать планы по наступательной кампании весны-лета 2026 года.
«У них нет ресурса. С декабря прошлого года они теряют на фронте больше людей, чем могут поставлять ежемесячно. В таких условиях организовывать наступательные действия сложно, ведь дело не только в людях, но еще и в вооружении, технике, боеприпасах — в совокупности», — подчеркивает военный эксперт.
К этому он добавляет, что большое значение имеет накопленный боевой опыт. И если у украинцев и россиян он немалый, то у белорусов отсутствует.
«Сейчас боевой опыт украинцев и россиян самый большой в мире, он уникален. Все остальные имеют его только на учениях. У белорусов такого опыта нет, но если придут российские инструкторы, он появится. Российский „Вагнер“ во время пребывания на территории Беларуси уже учил их. А при Пригожине эта частная военная компания была признана самой эффективной штурмовой пехотой в Европе», — добавляет эксперт.
Ядерные учения в Беларуси: реальная опасность или блеф?
Игорь Романенко скептически настроен и к заявлениям Минобороны Беларуси, объявившим о проведении военных учений с использованием тактического ядерного оружия.
«Это фикция, у Беларуси нет ядерного оружия. Как раз это и есть основа для банального устрашения. Это давление, работающее по принципу: кто не знает, тот боится. Да, белорусы модернизировали свои Су-24 и даже получили от России „Искандеры“, но ядерного вооружения россияне им не передавали и вряд ли предоставят», — отмечает военный эксперт.
Он добавляет, что заявления об учениях с ядерным оружием — это откровенные пропагандистские подходы, которые Минск использует исключительно по указанию Москвы.
«Цель таких заявлений — устрашение и давление, потому что даже России не выгодно сейчас применять ядерное оружие. Китай категорически против этого, да и другие лидеры тоже. Поэтому вероятность такого применения менее 5%», — заключает Игорь Романенко.
Читать новость полностью →
Читать новость полностью →
Читать новость полностью →
Читать новость полностью →

