Экс-советник главы Днепропетровской ОГА Юрий Голик: "Мы хакнули систему"

main image main image

Экс-советник главы Днепропетровской ОГА Юрий Голик: "Мы хакнули систему"

Некоторые из них после проигрыша на выборах Петра Порошенко подали в отставку сами, другим пришлось сложить свои полномочия по инициативе нового главы государства.

Опыт последних пяти лет показал, что не все губернаторы оказались эффективными, как и далеко не всех можно считать людьми не на своем месте.

Децентрализация власти, начавшаяся в 2015 году, давала им всем значительно больше места для маневра — больше денег, больше свободы в принятии решений, меньше отчетов перед Киевом.

Уже бывший глава Днепропетровской ОГА Валентин Резниченко в полной мере воспользовался представившимися ресурсами и свободой и за четыре года своей работы сумел реализовать сотни инфраструктурных проектов: начал масштабный ремонт дорог региона, перевел все закупки в ProZorro, строил и реконструировал десятками школы, детские садики, стадионы, больницы, водоводы и так далее.

Тем не менее он тихо ушел.

Все это время с ним работал его советник Юрий Голик, которому приписывают создание ультрасовременных школ и детских садов и множество других ставших знаковыми проектов.

Наибольшего успеха команда Резниченко, в которой Голик играл одну из ключевых ролей наряду с другими советниками и волонтерами, достигла именно в дорожной сфере.

Как они все это сделали и что необходимо сделать еще? Рассказывает Юрий Голик.

— Юрий Юрьевич, Валентин Резниченко проработал губернатором дольше всех его предшественников.

Это правда?.

— Да, 1557 дней.

Столько до Резниченко не работал никто.

— Вы считали дни, когда сможете уйти?.

— Никто из нас не планировал работать в облгосадминистрации.

Мы занимались бизнесом, причем очень успешно, и видели себя только в нем.

Но когда началась война и когда стране нужны были менеджеры, Резниченко согласился возглавить сначала Запорожскую, а затем Днепропетровскую область и пригласил меня.

Конечно же, быть во власти вечно не входило в наши планы.

Мы открыто говорили о том, что обязательно уйдем, когда настанет время.

Оно пришло.

Но перед этим сделали много хороших вещей, потому что нельзя быть хорошим менеджером в бизнесе и плохим в госуправлении.

Так что считались не дни до ухода, а время, которое отпущено, чтобы сделать что-то еще.

— Каков результат вашей работы?.

— Мы в 14 раз увеличили расходы на инфраструктуру в области — до 4 миллиардов гривен в год только в областном бюджете, сделали более 500 дорог, построили с нуля и реконструировали 60 детсадов, несколько десятков школ, внедрили почти в каждой из них инклюзивное образование, построили несколько парков, в том числе инклюзивный, 40 медицинских учреждений, более 20 стадионов, спортивных комплексов и бассейнов, реализовали 60 экологических проектов — от расчистки водоемов и защиты от подтопления до зарыбления озер и рек, построили 55 водоводов и на 90% обеспечили людей питьевой водой, построили 100 котельных, а города Покров и Марганец вообще отказались от газа, вся область потребляет газа на 23% меньше… У нас презентация-отчет о сделанном нами заняла около 300 страниц, и все равно туда все не поместилось.

— Перечень действительно длинный.

— Он будет дополняться и после нас, потому что мы построили эффективную систему.

Точнее, мы ее "хакнули" — разобрались, почему она не работала раньше, и переписали код.

Теперь она работает.

— Вам не кажется, что система может работать ровно до тех пор, пока во главе стоит определенный человек с определенными навыками и мотивацией, а стоит прийти другому, как все рухнет?.

— Безусловно, от человека, от руководителя, от менеджера многое зависит.

С другой стороны, мы показали успешный кейс.

Так почему бы им не воспользоваться?.

— Но далеко не все в Днепропетровской области остались довольны вами...

— Конечно, не все, потому что за такой срок невозможно сделать все дороги, например.

Поэтому мы делали их там, где они нужнее всего.

Более того, от нас хотели ямочного ремонта, а Резниченко решил, что если уже делать что-то, то пусть это будет капитальный ремонт и новые дороги.

В то время как у нас принято ремонтировать дороги участками, Резниченко ввел принцип ремонта дорогами: или дорога должна быть качественной от начала и до конца, или незачем тратить деньги налогоплательщиков на ремонт ее участка, который все равно бесполезен.

Именно они должны знать, что нужно их избирателям, и с этими знаниями они должны прийти в ОГА и договориться о помощи.

Мы всегда тепло встречали таких визитеров, совместно решали, что можем сделать, и делали.

Но если депутат наплевал на людей и забыл о них, если мэр — бездарь, то ничего сделано не будет.

В таких случаях все обвинения летели в наш адрес, но мы на это отвечали: "Это же вы выбрали вашего мэра или депутата! Выберете другого, а не эту бестолочь!".

Часто нас не понимали.

Люди не всегда видят зависимость между своим выбором и качеством жизни.

А она есть.

— Откуда у вас ресурсы на такое количество проектов?.

— Это все — следствие децентрализации власти.

Все регионы и местные бюджеты оставляют большую часть налогов у себя, а не отправляют в Киев, в госбюджет.

Так, на 60% бюджет области состоит из налога на доходы физлиц.

То есть все, что мы делали, в буквальном смысле было за счет налогоплательщиков области.

За это мы постоянно говорили им спасибо.

Наша заслуга в том, что мы перевернули структуру областного бюджета, убрав из него идиотские статьи типа 3 миллионов долларов в год ранее на освещение деятельности ОГА, снизили затраты на энергоносители, переводя на альтернативное отопление целые города, оптимизировали структуру самой ОГА и так далее и максимум возможного переносили из бюджета проедания в бюджет развития.

И в этом году бюджет развития области составил 62% от всех собственных доходов — это те деньги, которые мы можем вкладывать в развитие инфраструктуры.

До нас эта сумма не превышала 5%.

— Но этих денег явно не хватит на все дороги, верно?.

— Их, конечно, не хватит на все дороги в рамках одного года.

Но это же не только вопрос одной суммы, которую нужно вложить в дороги, чтобы всем стало хорошо.

Это целый комплекс мер и задач, это и вопрос времени.

Потому что невозможно сделать все и сразу.

Но сделать все шаг за шагом — реально.

Смотрите, у нас есть дороги внутри населенных пунктов области, они находятся на балансе местных рад, и их могут ремонтировать сами рады и ОГА.

И таких дорог 18 045 км.

Есть трассы категорий М, Н, Р и Т — международные, национальные, региональные и территориальные.

Эти трассы находятся на балансе Укравтодора, который не подчиняется ОГА.

В каждой области у Укравтодора есть Служба автомобильных дорог — это орган, на балансе которого де-юре каждая трасса в области.

И облавтодор — часть Укравтодора и его бессменный подрядчик.

Таких трасс в области сейчас 2990 км.

Это самые загруженные и самые важные дороги в области.

И есть дороги категорий О и С — областные и сельские.

Это дороги, переданные с 1 января 2018 года Укравтодором на балансы всех ОГА.

Это самые убитые дороги между селами, которым государство никогда не уделяло вообще никакого внимания.

Таких дорог в нашей области 6181 км.

Когда я говорю, что за четыре года нашей работы в ОГА мы отремонтировали более 500 дорог в населенных пунктах Днепропетровской области, это значит, что по сути мы их построили заново.

И чтобы эти дороги стояли и после нас, все наши подрядчики подписали пятилетнюю гарантию: во всех случаях, кроме движения перегруженного транспорта, они обязаны чинить дороги за свой счет.

И они это делают.

Количество отказов выполнить условия гарантии — менее 3%, и тот, кто отказался, получил уголовные дела.

— А если считать сделанные вами дороги в километрах, сколько получится?.

— Более двух тысяч.

— Это много или мало?.

— Все познается в сравнении.

Это в две тысячи раз больше, чем делали до нас.

Но нужно сделать еще в пять–шесть раз больше за ближайшие два–три года.

И вы учтите, что мы сделали за Укравтодор и его работу тоже, подменив его собой и областным бюджетом в ущерб новым школам.

— Зачем?.

— Затем, что между Днепром и Запорожьем не было нормального автосообщения.

Два крупнейших промышленных центра страны не могли сообщаться из-за убитости дороги.

А Укравтодор не спешил приводить в порядок эту дорогу, начав ее делать в 2017 году и забросив в 2018-м.

— То есть обычная ОГА сделала дорогу национального значения?.

— Мы финансировали ее капитальный ремонт Укравтодором.

Мы достроили печально известный ранее долгострой на въезде в Днепр со стороны Запорожья — мост на объездной Днепра, начатый и брошенный "крепкими хозяйственниками" в 2012 году.

Страшно вспоминать, что долгие годы водители в этом месте вынуждены были делать петлю в буквальном смысле.

Эта дорога и мост стояли заброшенными много лет.

Мы сделали мост за 42 дня.

И еще 65 дней оформляли документы на ввод его в эксплуатацию.

Это тоже объект Укравтодора, профинансированный за счет областного бюджета.

К счастью, с 2018 года мы вместе с Укравтодором возобновили строительство новой трассы Днепр—Решетиловка.

Это будет четырехполосная трасса в обход всех населенных пунктов.

Мы строим свою часть трассы, а Полтавская область — свою.

Более того, чтобы уберечь наши дороги от разрушения перегруженным транспортом, мы вместе с мэрией Днепра построили несколько габаритно-весовых площадок и добиваемся от "Укртрансбезопасности" делать свою работу.

— Как вы находили и отбирали подрядчиков на такой объем работ?.

— Торги всегда велись только через ProZorro, и неважно, о дорогах идет речь или о строительстве садика.

Это уникальная система, которую мы внедрили одними из первых в стране.

За четыре года предприниматели Днепропетровской области заработали в ней 120 миллиардов гривен.

Подрядчиков отбирает система ProZorro.

А мы настраивали критерии отбора путем прописывания требований к ним в зависимости от сложности объекта строительства.

Ведь очевидно, что вчера зарегистрированная компания без техники и людей в штате дорогу не построит.

Поэтому мы выступили драйвером процесса создания дорожно-строительных компаний в области и их развития.

Верстая каждый новый областной бюджет, мы мониторили количество дорожно-строительных компаний, работающих в области.

Затем мы их делили на группы: например, эта компания может строить междугородние трассы, эта — сельские дороги, а эта — городские.

И мы понимаем, кто в каких торгах в ProZorro будет участвовать, потому что квалификационные требования к каждой дороге у нас тоже разбиты на уровни сложности.

Мы прогнозируем, какой будет конкуренция.

Скажем, мы понимаем, что маленькая компания не пойдет строить трассу Днепр—Запорожье, потому что не имеет достаточно мощностей и опыта.

А компания, которая строит эту трассу, не будет заниматься сельской дорогой, потому что у нее масштабы побольше, ей проще и выгоднее тянуть по несколько полос между городами, чем делать простые дороги в разбросанных по области селах.

Затем мы собираем дорожные компании и спрашиваем, какие у них инвестиционные планы на ближайший год, что они предполагают купить из техники, сколько нанять новых рабочих.

Нас интересует, сколько тонн асфальтобетона они готовы произвести, и так далее.

Благодаря тому, что администрация области начала вкладывать деньги в дороги, среди частных строительных компаний началась достаточно жесткая конкуренция.

Когда в 2015 году Резниченко стал губернатором, в области была всего одна компания, способная что-то строить, да и то с одним старым-старым заводом, который больше чадил, чем выпускал асфальт.

Теперь у нас образовался переизбыток мощностей.

И мы хотели их задействовать все, чтобы сделать больше дорог и как можно быстрее.

— А какие зарплаты у работников этих компаний?.

— Мы задавали этот вопрос подрядчикам.

И они сказали, что, если человек работает усердно, заработать 1000 евро — не проблема.

И если кто-то до того ездил на заработки в Польшу, то теперь может получать эти деньги, живя и работая дома.

— Как думаете, нужно ли ликвидировать Укравтодор?.

— Это вопрос дискуссионный.

Мы уже фактически ликвидировали облавтодор, — не заказываем ему работы, потому что у него нет техники, у него только бухгалтеры.

За что им платить по 100 миллионов гривен в год из бюджета просто на их содержание, я не понимаю.

Уверенно могу лишь сказать, что реформы в Укравтодоре не состоялись, в противном случае его работа была бы видна каждому.

Но не сегодня.

Укравтодор может делать больше и лучше.

Это полный бред, когда десятый год мусолят одну трассу Киев—Одесса.

Это идиотизм, когда трассу Киев—Полтава не могут закончить уже который год.

Нужно строить больше и быстрее.

Ресурс для этого в стране есть.

— Отдельного внимания заслуживает ваша работа по ремонту и строительству школ и детских садиков.

Многие видели их фото.

Они действительно какие-то футуристические, точнее, несоветские.

И возникает забавный вопрос: а что, так можно было?.

— Почему нет? Пока мы с вами говорим, Днепропетровская облгосадминистрация, в которой мы уже не работаем, строит и реконструирует более 30 школ одновременно.

И все школы, которые мы сделали, — это лучшие школы Украины.

У нас была возможность сделать традиционный ремонт школ: починить крышу, полы и записать это в список своих достижений.

Но это не могло нас устроить.

Потому что это в конечном итоге не меняет качество обучения детей.

Поэтому мы взяли местных талантливых архитекторов и поставили им задачу разработать такие проекты школ и садиков, чтобы от них не осталось советского духа, чтобы были использованы современные материалы и технологии, чтобы детям и учителям было комфортно.

Помимо самой школы, которую мы полностью меняем снаружи и внутри, рядом приводим в порядок всю территорию.

Строим новый школьный стадион.

Делаем парк.

Зачастую школа и стадион — это 4 га территории, которую мы строим заново.

Все наши школы — как НЛО на фоне окружающей их действительности.

В каждой школе есть интерактивные доски.

Странно в XXI веке, когда у каждого ребенка есть смартфон или планшет, писать мелом на доске.

— Садики делали по такому же принципу?.

— Мы пропустили идею садиков через себя, через свое личное отношение к ним.

Мы сами много лет назад и наши собственные дети сейчас вынуждены ходить в садики советского типа со всеми вытекающими отсюда последствиями: удручающие помещения, отвратительный запах топленого молока, на игровых площадках — сваренные из железа кораблики, которые уже заржавели, и так далее.

Как в этих условиях воспитывать психически здоровых детей? Как этим детям в таком окружении привить чувство вкуса? Мой ответ: никак.

В таких садиках мы калечим детей и растим из них озлобленных, лишенных творческого начала зомби.

— Говорят, что вы сильно переплачивали, когда строили футбольные поля и стадионы в селах.

Чем это объясняется?.

— Не переплачивали.

Мы просто их строили.

Если сравнивать с тем, что там можно было сделать, как все обычно делали раньше, тяп-ляп, то да, мы тратили больше.

Потому что у нас везде лежат полноразмерные футбольные поля с профессиональным искусственным покрытием, профессиональное легкоатлетическое покрытие беговых дорожек, отдельные площадки для баскетбола, волейбола и мини-футбола, зоны воркаута, детские площадки и так далее.

Но мы в итоге получали самую современную инфраструктуру, которая прослужит лет десять минимум.

Долгие годы считалось, что государство должно потратить мало денег и построить на них что-то ужасное.

Очевидно, что мы никогда не взрастим нового Андрея Шевченко, если дети будут играть на лугах для выпаса коров.

Дети должны играть на таких же полях, на каких проводят чемпионаты мира.

И паркет в баскетбольной площадке должен быть таким же, как и в NBA.

Так что, да, мы тратили больше, чем могли бы потратить, делая тяп-ляп, но оно того стоит.

— У вас особая страсть к книгам.

Вы увлечены бук-кроссингом и сделали его политикой ОГА.

А еще вы признавались, что пишете книгу.

О чем? Для кого?.

— Я много читаю.

И когда появилось мировое движение бук-кроссинг, я решил, что буду книги дарить — школам, больницам, госучреждениям.

Мы разработали полки в виде английского слова READ, и я с моими коллегами и друзьями наполняем их книгами.

Так мы подарили тысячи и тысячи книг.

И я приветствую, когда в школах эти книги берут дети, и я просил учителей не ругать их, если книги не возвращались.

Пусть читают.

Это, кстати, было проблемой.

Проблемой восприятия.

Когда учителя привыкли, что если в школе появилось что-то красивое и то, чего раньше не было, оно должно быть под замком.

Нет.

Категорически нет.

Школа — это открытое образовательное пространство для детей, в котором им можно делать все, что дает им новые знания.

А моя книга будет о нашей работе в ОГА.

Было бы здорово, если бы ее написал Резниченко, но он считает, что дела говорят о нем больше, чем слова.

А я считаю, что обязан поделиться со всеми, кто будет после нас, нашим опытом.

Я описал буквально каждый объект, который мы строили, рассказал в книге, как мы это сделали.

Пользуйтесь.

И вообще каждый чиновник, уходя с должности, должен написать книгу — знаниями нужно делиться.

Должна быть институциональная память.

— А в чем была ваша мотивация что-то делать?.

— Мы бизнесмены, и мы хотим работать и жить в богатой стране.

Наша мотивация — рост капитализации страны.

Не более и не менее.

Любой бизнесмен понимает, что есть капитализация его компании.

Капитализация любого бизнеса зависит от страны, в которой он ведется.

Богатая и развитая страна, большой рынок, много потребителей — высоко оцененный бизнес.

И наоборот.

— Вам поступали предложения поработать в других госорганах? Согласитесь?.

— Да, и не одно.

Что несколько неожиданно для нас.

Нам казалось, что в фокусе внимания всех всегда Киев и центральные органы госвласти, и что никому нет дела до происходящего в отдельно взятой ОГА.

Но оказалось, что наши результаты многим интересны, как и наш опыт.

Понимаете, мы же менеджеры, не политики.

Нас можно пригласить под конкретную задачу, и мы ее решим.

Но я уверен, что за каждой командой менеджеров должна идти команда политиков, которая их закрывает от сумасшествия со стороны, объясняет обществу, что менеджеры делают, и продает их успехи.

Мы приняли для себя решение вернуться в бизнес.

Но если от какой-то команды политиков или политика, чьи жизненные ценности нам близки, поступит предложение включиться в решение интересной задачи, которая может стать еще одним прекрасным кейсом "как получилось", думаю, согласие будет.

— Недавно появилась информация о том, что вы оставили после себя пустой бюджет области.

Насколько это соответствует действительности? Если не соответствует, откуда такая информация могла появиться и почему?.

— Это фейк.

Бюджет — с деньгами, они расходуются на множество проектов, и все идет по плану, утвержденному облрадой, ведь мы же не могли тратить деньги налогоплательщиков, как нам взбредет в голову.

Любое наше решение всегда единогласно голосовалось и всеми депутатами облрады, и всеми ее комиссиями.

Все, что мы делали в области, — все стройки, садики, школы, дороги и так далее — это плод совместных решений и усилий ОГА и облрады.

Но, видимо, кому-то понадобилось сделать Резниченко и тех, кто с ним работал, токсичными.

Я и представить себе не мог, что в ход пойдут такие манипуляции.

К счастью, это все прозвучало так нелепо, что мало кто в это поверил.

Достаточно начального финансового образования, чтобы понять, что это все не соответствует действительности и напоминает скорее чью-то неудачную шутку.

— По нашим данным, Днепропетровскую область хочет контролировать Игорь Коломойский, и для этого он лоббирует на должность нового главы ОГА Святослава Олейника.

Какие последствия этого назначения могут быть? Это хорошо для области или нет? Вы можете сказать, что Олейник — ваш преемник?.

— Я могу комментировать только свои планы и больше ничьи и в принципе не могу владеть никакой информацией о чьих-то планах, но тоже слышал о том, что Святослав Олейник в офисе президента рассматривался как кандидат на должность главы ОГА.

Что неудивительно, ведь он в области человек известный.

Более того, когда мы пришли в 2015 году в ОГА, Святослав был здесь, и еще длительное время мы работали в ОГА вместе.

Позже он стал первым заместителем главы областной рады, и все, что мы сделали в области, мы сделали в том числе вместе с ним, воплощая и многие его идеи.

В развитии области все эти четыре года точно есть его огромная заслуга.

В любом случае, независимо от того, кто придет после нас, мы готовы помочь, если наша помощь потребуется, ведь мы хотим, чтобы то, что мы делали, получило развитие и дальше.

Фото и видео
Упоминаемые персоны
Петро Порошенко 11 згадок Петро Порошенко
Ігор Коломойський 3 згадки Ігор Коломойський